Чтоб не терять ключи от неба

 

said

опытный

Чтоб не терять ключи от неба


Об успехах в боевой подготовке
и проблемах в ремонте техники



Подполковник Дмитрий ЗЕНИН,
Командование специального назначения.


В минувшее воскресенье в частях и соединениях Командования специального назначения отметили, пожалуй, главный праздник в году - День войск ПВО. И хотя войска противовоздушной обороны с 1998 года утратили статус вида Вооруженных Сил, большая часть военнослужащих этого крупнейшего возглавляемого генерал-полковником Юрием Соловьевым объединения ВВС по-прежнему считает своим профессиональным праздником именно второе воскресенье апреля. Прикрывающие центральный промышленный район войска КСпН имеют и самую мощную в ВВС группировку противовоздушной обороны, и самую приближенную к реальному боевому применению систему организации боевой подготовки. В отличие от полков остальных объединений, самостоятельно стреляющих на полигоне по летящим со щадящими интервалами целям, зенитные ракетные войска КСпН действуют там исключительно в алгоритме отражения массированного вражеского налета. Стрельбой полков в автоматизированной системе управления руководят командиры дивизий, радиолокационные роты действуют в сложнейшей помеховой обстановке, а мишени летят не с минутными, а с секундными интервалами. Более того, последние два года стрельбы полков КСпН проводятся в рамках двусторонних учений, на которых силам ПВО противостоят целые авиационные группировки. Именно в войска КСпН в первую очередь поступает самое современное вооружение - зенитные ракетные комплексы, радиолокационные станции, автоматизированные системы управления и комплексы средств автоматизации. А вот по такому определяющему боеготовность показателю, как исправность техники, войска Командования специального назначения, увы, мало чем выделяются среди других объединений Военно-воздушных сил.



На полигоне – как на войне

В 2003 году командующий войсками КСпН генерал-полковник Соловьев решает радикально изменить организацию боевой учебы вверенных ему войск. В условиях хронического недофинансирования боевой подготовки он вносит в ежегодную программу боевой учебы корпусное тактическое учение с боевой стрельбой, в котором, помимо зенитных ракетных полков, задействуются радиотехнические подразделения и самолеты истребительной авиации. Управление боевыми стрельбами зенитных ракетных полков при этом решено осуществлять только в автоматизированной системе управления с командных пунктов дивизий. На полигоне, таким образом, моделировался точно такой же алгоритм боевой работы ПВО, как при отражении вражеского налета.
- Наиболее сложным при проведении этих учений, - вспоминает генерал-полковник Соловьев, - оказался именно вопрос управления. Ведь с начала 1990-х годов из-за отсутствия полноценной боевой подготовки командирами зенитных ракетных полков зачастую назначались не имеющие опыта боевых стрельб офицеры. Время шло, и, постепенно двигаясь по служебной лестнице, они приходили в управления дивизий и корпусов. Поэтому меня, как командующего, очень тревожила низкая способность штабов управлять войсками в боевой обстановке. Словом, не от хорошей жизни пришлось сначала в пунктах постоянной дислокации, а затем и на полигоне обучать органы управления боевой работе начиная буквально с азов. Офицеры валились с ног от усталости, но когда эта работа вылилась в хорошие, видимые в первую очередь ими самими результаты, офицеры поняли, что зря роптали на непомерно высокие тренировочные нагрузки.
Сценарии боевой работы на полигоне между тем продолжают усложняться. В 2005 году войсками КСпН проводятся уже двусторонние учения, в ходе которых воздушной армии противостоит оборонительная группировка корпуса ПВО. Впервые за многие годы истребительная авиация прикрывает ударную – звенья бомбардировщиков и штурмовиков. Кроме того, на полигоне воссоздается полноценная система командных пунктов «соединение – полк», благодаря которой офицеры управления этих звеньев приобретают ценнейший боевой опыт по руководству войсками в АСУ.

Акцент – на качество боевой учебы

Наращивая из года в год темпы боевой подготовки, генерал Соловьев делает акцент не на количество боевой учебы, а на ее качество, предпочитая отчетности реальное умение людей действовать в алгоритме боевого применения или, проще говоря, воевать.
- Когда планируешь учения такого размаха, со всех сторон шепчут: это трудно, проблематично, небезопасно, - говорит командующий. - Да, небезопасно, когда на небольшом воздушном участке действуют и истребители, и штурмовики, и бомбардировщики. Чтобы провести такую работу, надо продумать маршруты полета, эшелонирование, учесть погоду. Но как еще научишь людей воевать? Пусть им лучше будет тяжело на полигоне, чем на войне. Ведь когда речь идет о ПВО, неспособность хотя бы одного зенитного ракетного, радиотехнического или авиационного подразделения выполнить боевую задачу в военное время может обернуться для государства самым серьезным уроном. Поэтому, как говорится, собираем силу воли в кулак и обязательно проводим такие учения, которым предшествует серьезная подготовка - штабные тренировки с ротами и батальонами РТВ, летно-тактические учения с авиационными эскадрильями, командно-штабные тренировки с дивизиями, корпусами и армиями. Особо отметил бы, что участвующие в маневрах группировки «воюют» только своими силами. От комплектования выезжающих на полигон боевых расчетов собираемыми со всей дивизии наиболее подготовленными офицерами в КСпН категорически отказались, предпочитая погоне за оценками подготовку штатных расчетов. По этой же причине вместе с авиацией на такие учения выезжают только штатные батальоны связи и радиотехнического обеспечения.
В то же время командующий войсками КСпН старается усилить каждую выезжающую на полигон группировку соединения ПВО зенитным ракетным или радиотехническим полком другой дивизии, чтобы командиры соединений учились эффективно использовать приданный им резерв. В этом году, например, подмосковному корпусу ПВО, с которым запланировано дивизионное тактическое учение с боевой стрельбой, придается зенитный ракетный полк ржевского корпуса, которому во время двусторонних учений придется действовать против «своих» - истребительной авиации ржевского корпуса. Ну и, конечно же, это учение традиционно пройдет в условиях сложнейшей помеховой обстановки и самой высокой плотности налета.

Мечта командующего

Обретает реальные контуры и еще одна давняя идея генерала Соловьева: в этом году в войсках наконец появится первый зенитный ракетный полк постоянной готовности. Это стало возможным благодаря поступлению в ВВС первых двух дивизионов ЗРК С-400.


Неспособность хотя бы одного подразделения ПВО выполнить боевую задачу в военное время обернется для государства серьезным уроном.


Ведь таковой по соответствующим нормативным документам может быть только часть, имеющая 100-процентный показатель боеготовности техники.
- Ну и как положено, этот полк полностью укомплектуем людьми, - делится командующий КСпН генерал Соловьев. – На сегодняшний день эта задача, кстати, почти решена. Вакантными остаются лишь некоторые первичные офицерские должности, которые держим для приходящих летом из училищ лейтенантов. Отмечу, что командовать полком будет хорошо подготовленный, не раз достойно показавший себя на полигоне офицер – полковник Валерий Филиппов. Уверен, под его руководством полк успешно справится с важнейшей задачей освоения новой техники. Ну а на следующий год преуспевших в этом офицеров назначим в другие получающие ЗРК С-400 части. Чтобы передавали опыт.
Конечно, первый в ПВО полк постоянной готовности командующему хочется привести к «нормальному бою» не только в техническом и кадровом планах, но и во всех других отношениях. Сделать так, чтобы он получил и современный городок, и самым лучшим образом оборудованные позиции. Словом, сделать образцовый зенитный ракетный полк, по образу и подобию которого можно потом обустраивать и другие части. Только в отличие от переводимых на контрактный принцип комплектования частей и соединений сил общего назначения, где средства на создание необходимой инфраструктуры предусмотрены Федеральной целевой программой, Соловьеву можно надеяться только на собственные, как говорят, резервы, неизбежно оголяя из-за этого другие участки и жертвуя интересами прочих полков и дивизий КСпН. Подобный подход, когда войскам ПВО уделяется значительно меньше внимания, чем силам общего назначения, по мнению командующего, едва ли назовешь государственным.
Спорить с ним сложно. Особенно глядя, как недофинансирование войскового и заводского ремонта техники уже лет пятнадцать убивает боеготовность радиотехнических и зенитных ракетных частей. Главная, ставшая с середины 1990-х настоящим бичом ПВО проблема связана с катастрофической нехваткой исправных ячеек, из которых состоят электронно-вычислительные машины техники ПВО.

Небоеготовая техника - главная беда ПВО

Из-за отсутствия нужных ячеек резервные машины комплексов средств автоматизации радиотехнических батальонов и рот повсеместно небоеготовы. И когда главнокомандующий ВВС РФ генерал армии Владимир Михайлов называет эту проблему «самым слабым звеном ПВО», он совсем не сгущает краски. Ведь если в боевой обстановке выйдет из строя лишенная резервирования основная машина КСА, из-за чего рота или батальон РТВ не смогут передать информацию на вышестоящий КП, мы на этом участке просто потеряем радиолокационное поле, сколько бы РЛС там ни работало.
Ну а в зенитных ракетных войсках из-за отсутствия нужных ячеек ежедневно небоеготово значительное количество дивизионов и командных пунктов полков. При этом в ЗРВ и РТВ понятие «небоеготовая техника» имеет несколько другой смысл, чем, например, в истребительной авиации. Так, если в случае войны летчики все равно поднимут в воздух большинство небоеготовых, то есть во избежание риска не эксплуатируемых в мирное время истребителей, то небоеготовые полки и дивизионы в принципе не могут стрелять. И хотя об этой острой проблеме командующий КСпН уже который год докладывает на всех уровнях, воз, как говорится, и ныне там.
Из-за отсутствия в полковых комплектах ЗИП (запасных инструментов и принадлежностей. – Прим. ред.) нужных ячеек, которыми можно заменить вышедшие из строя типовые элементы замены, восстановление боеготовности заступающих на боевое дежурство зенитных ракетных подразделений происходит по одному и тому же удручающему сценарию. Чтобы вдохнуть жизнь в небоеготовый дивизион или КП полка, исправные ячейки демонтируют с техники других дивизионов, полков, а то и дивизий. И так уже 10 лет подряд! Ничего не меняется.
- Когда в середине восьмидесятых я командовал зенитной ракетной бригадой, - объясняет это обстоятельство Соловьев, - укомплектованность ЗИПа меньше чем на 80 процентов считалось ЧП! Сейчас этот показатель во всех полках на уровне 20 процентов. А ведь выделяемые на проведение войскового ремонта средства из года в год увеличиваются.

Оптимизировать систему ремонта

Говоря об организации ремонта техники, командующий КСпН поднимает проблемы недостаточного финансирования, эффективности использования бюджетных средств, а также отсутствия рычагов влияния на выполняющие войсковой ремонт предприятия.


Организация войскового ремонта должна опираться на собственные возможности и дополняться сотрудничеством с теми предприятиями, которые не подрывают боеготовность задержкой отремонтированной аппаратуры и намеренным поглощением роста финансирования соответствующим увеличением расценок.


Сегодняшнюю систему организации войскового ремонта техники, во время которого наряду с проведением других работ восстанавливаются и ячейки, по мнению Соловьева, едва ли назовешь эффективной. Во-первых, войсковым интересам никак не отвечают сроки проведения конкурсов и заключения контрактов, из-за чего техника ЗРВ начинает ремонтироваться обычно не раньше апреля, а во-вторых, к работе специализирующегося на ремонте техники зенитных ракетных полков и дивизионов головного производственно-технического предприятия большие претензии. И не только по оставляющему порой желать лучшего качеству и частому затягиванию сроков проводимых в войсках работ.
- Это ГПТП заламывает такие цены, что выделяемых средств из года в год не хватает даже, чтобы отремонтировать половину ломающихся ячеек, - говорит командующий КСпН генерал Соловьев. - Складывается впечатление, что ежегодный рост финансирования войскового ремонта намеренно поглощается соответствующим увеличением расценок. Поэтому количество отремонтированных типовых элементов замены, несмотря на увеличение выделяемых на ремонт средств, от года к году практически не меняется. Поэтому мы в КСпН возлагаем большие надежды на имеющего огромный экономический опыт министра обороны Анатолия Эдуардовича Сердюкова. Уверен, ежегодно выделяемые как на ремонт, так и на закупку вооружения средства могут быть использованы с большей эффективностью, чем сегодня.
Вторая претензия к данному предприятию – полное игнорирование его руководством интересов боеготовности. Выражается это в том, что до перечисления средств (за которое отвечают не ВВС, а управление вооружения ВС РФ) это предприятие никогда не возвращает уже отремонтированные ячейки. За которые, заметим, пусть и с задержкой, в которой нет ни малейшей вины КСпН, но все равно когда-то заплатят. Ну а следствие работы по принципу «утром деньги – вечером стулья» - мертвые полки и дивизионы, которые можно поставить на боевое дежурство, только разукомплектовав технику других частей и подразделений.


Предпочитая погоне за оценками подготовку штатных расчетов, в КСпН не дополняют стреляющие на полигоне боевые расчеты грамотными офицерами «со стороны».


Ну разве это правильно, задает риторический вопрос генерал-полковник Соловьев и рассказывает, что сейчас это предприятие, решив, видимо, нанести еще более весомый удар по боеготовности, настойчиво предлагает командованию ВВС создать на его базе так называемый единый сервисный центр по ремонту уже всей техники ПВО. Конечно, такую идею командующий КСпН, так же как и главком ВВС, считает антигосударственной и даже абсурдной, предлагая другой, опирающийся в первую очередь на собственные войсковые возможности путь совершенствования системы войскового ремонта.
- В минувшем году, - аргументирует свою позицию генерал, - предприятия отремонтировали 3.400 ячеек, а ремонтная база нашего объединения - 1.200. А при незначительном, на 10-15 офицерских должностей, увеличении ее штата, выделении средств на закупку запчастей и программ для диагностики типовых элементов замены могли бы восстанавливать своими силами до 60 процентов ячеек, причем обходился бы этот ремонт в 5-7 раз дешевле промышленного.
Впрочем, претензии есть не ко всем предприятиям. О выполняющем войсковой ремонт КСА РТВ предприятии «Дольта» командующий говорит только хорошее.
- Вот в руководстве этого предприятия настоящие патриоты, - говорит генерал Соловьев. – Выездные бригады «Дольты» не только выполняют все работы с высочайшим качеством, но и, понимая ситуацию, не требуют предоплаты, выезжая в войска под гарантийные письма. Хотя от многомесячных задержек перечисления средств, и неспециалисту понятно, предприятие явно не в выигрыше.
Словом, в интересах боеготовности система организации войскового ремонта, по мнению Соловьева, должна в первую очередь опираться на собственные возможности и дополняться сотрудничеством с теми предприятиями, при взаимодействии с которыми не возникает подрывающих боеготовность проблем. Как, например, с многомесячной задержкой отремонтированной аппаратуры и намеренным поглощением роста финансирования соответствующим увеличением расценок.
Ну а радикально решить проблему небоеготовной техники сможет, конечно же, требующее, правда, уже больших средств перевооружение.
- Ресурс отработавших по 15 и более лет зенитных ракетных систем С-300 уже на исходе, - говорит командующий, - поэтому надо срочно проводить их глубокую модернизацию по системе «Фаворит» и ежегодно ставить на боевое дежурство хотя бы по одному полку С-400. Не меньше выслужила и техника РТВ. Поэтому войскам очень нужны новые мобильные РЛС и выпускаемые Кимовским радиоэлектромеханическим заводом КСА ротного и батальонного звена «Фундамент». С переходом на эти КСА батальоны и даже роты РТВ смогут выдавать целеуказания средствам поражения напрямую, минуя командные пункты соединений. Поэтому считал бы целесообразным и даже необходимым предусмотреть в гособоронзаказе массовую закупку «Фундаментов».

Чтоб не терять ключи от неба

Красная Звезда - cамая полная, достоверная и оперативная информация об армии

// www.redstar.ru
 
 
RU Dem_anywhere #12.04.2007 15:36
+
-
edit
 

Dem_anywhere

аксакал

Сущестующую на этих системах электронику образца 70-80х надо всю нафиг выкидывать и заменять на современную. Поддержка выпуска запчастей исключительно для ремонта стоит бешеные деньги именно из-за малосерийности.
 

leon

опытный

Dem_anywhere> Поддержка выпуска запчастей исключительно для ремонта

Я тоже подумал именно об этом. Поэтому и нужно срочно проводить глубокую модернизацию до "Фаворита".
Станем жить и дадим жить другим  
AD Реклама Google — средство выживания форумов :)
+
-
edit
 

Anleon

опытный

Беззащитное небо Отчизны

Подразделения ПВО страны стремительно теряют боеготовность
Владимир Михайлов обеспокоен появлением дыр в воздушном пространстве Родины.
Россия намерена усилить систему ПВО Балтийского флота. Об этом заявил в минувшую пятницу главком ВМФ РФ адмирал флота Владимир Масорин. Адмирал, правда, дипломатично порекомендовал не связывать эти шаги с возможным размещением систем ПРО в Польше и Чехии. Но ни для кого не секрет, что в ситуации, когда США приступили, по сути, к размещению в Западной Европе своих средств ПРО, а список стран НАТО пополняется бывшими советскими республиками, возникает закономерный вопрос: что Россия может противопоставить этим шагам? И главное – в каком состоянии находится воздушный щит страны, насколько адекватно готов он противостоять возможным атакам вероятного противника?


Батареи просят рубля
На днях в Вооруженных силах страны была завершена передача в подчинение Главкомату ВВС фронтовых и армейских средств противовоздушной обороны (ПВО), которые раньше входили в состав Сухопутных войск (СВ). Финальная стадия процесса прошла на фоне широкомасштабных маневров, в которых приняли участие зенитно-ракетные полки, оснащенные зенитными ракетными системами и тактическими ракетными комплексами «Бук» и «Тор».

Учения, главной целью которых была проверка эффективности проведенных организационно-штатных преобразований в ВВС, прошли на Юге страны на полигонах Ашулук и Капустин Яр (см. «НГ» от 16.04.07). Результаты маневров, по словам генералов, оценены положительно, то есть вхождение войсковых средств ПВО СВ в состав ВВС признано правильным и целесообразным решением. Как рассказал главнокомандующий ВВС РФ генерал армии Владимир Михайлов, процесс передачи ЗРК С-300ВМ в подчинение ВВС связан с необходимостью повысить эффективность управления средствами ПВО, а также для «создания объектовой противовоздушной обороны, соответствующих группировок на направлениях. С-300ВМ будут в первую очередь решать задачи по защите территории страны: крупных городов и важных стратегических объектов».


Это заявление, заметим, не дает ответа на более чем актуальный вопрос: как будут защищены от возможной воздушной атаки непосредственно войсковые соединения? По словам Владимира Михайлова, чтобы не оголить боевые порядки, для прикрытия войск будут использоваться отныне только полковые и дивизионные средства Сухопутных войск. Но вопрос, хватит ли этих средств для надежного прикрытия частей и соединений ВС РФ, остается открытым. Пока ответа на этот вопрос нет.

Эксперты отмечают, что перевод армейских и фронтовых ЗРК в состав ВВС произошел, как говорится, во-первых, не от хорошей жизни – новых комплексов ПВО для защиты воздушного пространства страны явно не хватает. Во-вторых, данный процесс не избавил войска ПВО, входящие сейчас в состав ВВС, от имеющихся проблем, в первую очередь с их финансированием и снабжением. В истории Советской армии уже были эпизоды, когда средства войсковой противовоздушной обороны (бригады С-300ВМ) в 1980–1986 годах входили в состав ПВО страны. Однако, как замечает доктор технических наук, профессор, академик Российской академии ракетно-артиллерийских наук полковник Юрий Сизов, в те времена «командование войсковой ПВО так и осталось чужеродным телом в составе руководства войск ПВО». Гарантий, что так не произойдет и на этот раз, никто не дает.


Нож масштабных сокращений

Заметим, что во времена СССР войска ПВО являлись самостоятельным видом войск. Это была мощная структура, прикрывающая всю страну. На начальном этапе формирования Российской армии статус войск не менялся. Но в 1997–1998 годах в ВС РФ произошли масштабное реформирование и сокращение войск. ПВО как вид войск был упразднен. Сейчас войска ПВО, входящие структурно в ВВС страны, лишь отдаленно напоминают себя десятилетней давности.



«С момента создания СССР вся система ПВО строилась таким образом, что основные, наиболее сильные группировки были приближены к его государственной границе, – утверждает начальник Главного штаба ВВС генерал-полковник Борис Чельцов. – Поэтому, когда нам пришлось создавать структуру ПВО Российской Федерации, проводились в жизнь, что называется, непопулярные меры, связанные с передислокацией частей и частичным их расформированием. Необходимо было минимально-оптимальными средствами создать систему защиты особо важных государственных и экономических объектов страны. А это очень непросто. И когда нас обвиняют в том, что это делалось бездумно, то я хочу сказать, что все шаги досконально просчитывались. Может, и были ошибки, от которых никто не застрахован, но в основном новая система ПВО создавалась исходя из задач, которые должна была решать, ну и, конечно, тех возможностей, которые имелись у государства».

Генерал, похоже, признает, что при реформировании ПВО не обошлось без, мягко говоря, накладок. Более откровенны, естественно, офицеры среднего звена, утверждающие, что в 1998 году ПВО, как говорится, «разрезали по-живому». В результате, скажем в Сибири из четырех полков остался только один – в Новосибирске. Офицеры одного из расформированных полков, размещенного в Барнауле, в письме на имя президента РФ весной 1998 года писали: «По итогам прошлого года наш зенитно-ракетный полк (ЗРП) был признан лучшим среди всех военных частей ПВО зоны Сибири. Он оснащен самой современной зенитно-ракетной системой С-300ПМ, которая была поставлена на боевое дежурство гораздо раньше, чем в других частях ПВО России». Офицеры соединения тогда высказали мнение, что логичнее было бы в первую очередь «сокращать воинские части, имеющие в своем арсенале морально устаревшую технику». Кроме того, они заявляли, что запланированное сокращение ЗРП разрушит существующий порядок, при котором части ПВО в первую очередь прикрывали базы Ракетных войск стратегического назначения, во вторую – центры по производству ядерного и другого оружия массового поражения, а в третью – предприятия стратегического назначения. Между тем расформирование алтайского зенитно-ракетного полка и других аналогичных ЗРП все же состоялось.



В Республике Коми расформировали сразу два полка ПВО. По мнению офицеров, которые в них служили, с ликвидацией этих полков воздушные рубежи России от Арктики до Среднего Урала остались неприкрытыми. Значительные группировки ПВО были сокращены на Дальнем Востоке. Только Центр и Юг России, можно сказать, не были поставлены под нож масштабных сокращений. Хотя Московский военный округ ВВС и ПВО был расформирован и на его основе в 2002 году было создано Командование специального назначения (КСпН), войска которого прикрывают Москву, а также центральную часть РФ на площади в 1,3 млн. квадратных километров. Что неудивительно, так как на этой территории расположены основные органы государственного и военного управления, около 30% населения страны и до 60% научного потенциала РФ.


Замок от неба медленно ржавеет

Между тем и КСпН одолевают тяжелые времена. Из-за отсутствия необходимого количества запасных частей многие подразделения ПВО, прикрывающие центральную Россию, попросту небоеготовы. По мнению командующего КСпН генерал-полковника Юрия Соловьева, такая ситуация длится уже 10 лет, и изменений к лучшему не видно. «Когда в середине восьмидесятых я командовал зенитной ракетной бригадой, – объясняет Соловьев, – укомплектованность запасными частями и принадлежностями меньше чем на 80% считалась чрезвычайным происшествием! Сейчас этот показатель во всех полках на уровне 20%. А ведь выделяемые на проведение войскового ремонта средства из года в год увеличиваются».

Заметим, что речь идет о снабжении элитных войск, прикрывающих, как говорится, сердце Родины. Что же тогда происходит в частях, дислоцированных в глубинке? «С 1998 года и Военно-воздушные силы, и Войска ПВО прошли через сложное реформирование и сокращение как численности, так и боевого состава, – вынужден признать генерал-полковник Борис Чельцов. – Это была вынужденная мера, которая наложила ограничения на выполнение задач силами и средствами ПВО. В годы реформирования очень серьезно понизились возможности Радиотехнических войск. Есть серьезные проблемы с контролем воздушного пространства северо-восточной части России».

Судя по всему, руководство ВВС проблем ПВО не скрывает. И высказывает явное недовольство нынешним уровнем финансирования войск. «Проблема в том, что объединившие в 1998 году два вида Вооруженных сил, – утверждает главком ВВС Владимир Михайлов, – финансируются на уровне 12–14% бюджета Минобороны. Можно ли в таких условиях рассчитывать на массовое перевооружение и требуемый объем ремонта техники Военно-воздушных сил? Конечно же, нет. Для решения этих задач уровень финансирования ВВС необходимо увеличить минимум в 2–2,5 раза. Без этого наши Вооруженные силы не будут иметь ни эффективной системы разведки воздушно-космического пространства, ни мощной авиации, ни достаточного количества современных зенитных ракетных комплексов, способных отразить любую «Бурю в пустыне».

Бодрые рапорты и грустные перспективы

На фоне этих высказываний совсем по иному оцениваются планы по созданию и развитию в нашей стране системы воздушно-космической обороны. Генералы рапортуют о том, что к 1 июня с.г. первый полк, оснащенной самой современной зенитно-ракетной системой С-400, заступит на боевое дежурство в Подмосковье. Но сколько таких полков надо, чтобы надежно прикрыть небо России? Согласно Государственной программе вооружения, в течение восьми ближайших лет ВВС должны получить 23 дивизиона ЗРС С-400. Это немного – всего шесть зенитно-ракетных полков или две бригады ПВО. Этих средств, может быть, хватит, чтобы прикрыть Москву и Центральную Россию. А как же другие регионы и стратегические объекты страны?

Внедрение в войска современных комплексов ПВО, конечно же, шаг положительный. Но они будут не очень эффективны без таких же современных РЛС и средств автоматизации. Однако, по признанию Владимира Михайлова, в подчиненных ему частях «большинству РЛС и обрабатывающим информацию о противнике комплексам средств автоматизации (КСА) по 20 и более лет».

«Учитывая сделанный западными армиями уже после «Бури в пустыне» скачок в развитии средств воздушного нападения, – признается генерал, – мы уже не можем вести радиолокационную разведку и передачу информации методами и средствами пятнадцатилетней давности». Казалось бы, в РФ эта проблема решаема. Михайлов говорит, что у нас есть новые мобильные РЛС и КСА типа «Фундамент-1» и «Фундамент-2», но «их закупается очень мало». По словам Михайлова, средств Минобороны выделяет столько, что можно в год купить только пять «Фундаментов». Но если такими темпами перевооружать радиотехнические части, дислоцированные только до Урала, то потребуется не менее 20 лет.

Заметим, что в пятницу в Минске прошла совместная коллегия министерств обороны Беларуси и России. В мероприятии участвовал министр обороны РФ Анатолий Сердюков, который много говорил о том, что Беларусь и Россия имеют все возможности для нейтрализации современных вызовов и угроз. Между тем коллегия оставила без внимания самое ожидаемое – соглашение о создании Единой региональной системы (ЕРС) противовоздушной обороны. Может, «дыры» в небе просто прикрывать нечем?

 

в начало страницы | новое
 
Поиск
Настройки
Твиттер сайта
Статистика
Рейтинг@Mail.ru