Не только для поля боя...
После выхода США из Договора по ПРО значительно увеличились ассигнования в разработку американской системы противоракетной обороны, возросли темпы создания ее компонентов, проведения испытаний. Одновременно, по мере совершенствования противоракетного оружия, стало все явственнее стираться различие между стратегической (ранее провозглашенной как национальная) и тактической системой обороны, чаще именуемой ПРО на ТВД. Ныне Пентагон намерен расширить круг задач, которые возлагаются на них. По существу, Вашингтон разрабатывает систему многослойной обороны территории страны, встраивает в нее "блоки" на основе существующих противоракетных систем, в результате чего должен обеспечиваться перехват атакующих ракет на всех участках их полета.
Это закономерно приводит к тому, что основные тактико-технические характеристики элементов ПРО определяются в соответствии с характерными параметрами участков траектории полета ракеты, на которых они должны активно противодействовать ей. Такая ситуация весьма наглядна в отношении планов использования тактической системы ПРО наземного базирования типа ТНААД (тактическая высотная территориальная оборона - ТВТО) и тактической системы морского базирования "AEGIS-Standard-3" ("Иджис-с3"), которые предназначаются для борьбы не только с атакующими тактическими ракетами, но и обладают определенными боевыми возможностями против стратегических целей на конечном, нисходящем (баллистическом) участке их полета. Пентагон даже изменил расшифровку первой буквы в аббревиатуре ТНААД, теперь вместо "Theater" (ТВД) поставлено ("Тerminal") "Конечный участок".
Наряду с другими учеными довольно углубленный анализ боевых возможностей ТВТО в борьбе со стратегическими ракетами был проведен двумя научными сотрудниками Института строительной механики Китайской академии инженерной физики Е Инбо и Ку Йон, содержание которого было опубликовано в американском научном журнале "Science and Global Security" (2003, vol 11). Авторы проведенного исследования сосредоточили внимание на двух основных проблемах: оценка влияния скорости полета атакующей ракеты на вероятность ее поражения средствами ТВТО и эффективность мер противодействия, направленных на подавление способности перехватчика в борьбе с боеголовками противника.
ВЛИЯНИЕ СКОРОСТИ РАКЕТЫ НА ЕЕ ПЕРЕХВАТ
В своем аналитическом труде авторы отмечают, что наряду с определенными различиями между стратегическими и тактическими системами ПРО у них есть много общего. Обе системы используют одни и те же элементы ПРО: космические системы раннего обнаружения запуска ракет DSP (в недалеком будущем - орбитальные системы сопровождения и наведения SBIRS), радары наземного базирования, кинетические перехватчики. По расчетам китайских ученых, высотная тактическая ПРО обладает определенным стратегическим потенциалом, который в конечном счете будет во многом определяться способностью к самонаведению ударных головок (УГ) перехватчика. Это означает, что путем "встраивания" тактической ПРО в стратегическую ее боевые возможности могут значительно возрасти, что, в свою очередь, заметно изменит военно-политические последствия развертывания американской ПРО. Подтвердили данный вывод лабораторные исследования в режиме моделирования, проведенные летом 2003 года. Вероятность поражения целей тактической системой ПРО зависит от ряда факторов, которые определяются скоростью и длительностью полета ракеты-перехватчика, величиной промаха средств обнаружения и наведения, точностью определения углов прицеливания между УГ и целью, динамической реакцией УГ на команды маневрирования. При этом авторы исследования исходят из того, что сравнение вероятности поражения стратегических и тактических целей показывает: характерное различие между ними определяется единственным параметром - скоростью сближения. Более того, если возможности тактического перехватчика в отношении перехвата тактической цели не находятся на пределе технических возможностей, то даже более высокая (на 20-25%) скорость сближения серьезно не снизит вероятность поражения атакующей стратегической боеголовки.
Следует напомнить, что в ходе переговоров по разграничению систем ПРО была установлена предельно допустимая скорость для целей в ходе испытаний систем ПРО - 5 км/сек (эквивалент дальности полета 3500 км), а скорость ракеты-перехватчика не должна превышать 3 км/сек. Тогда американские участники переговоров настаивали на том, что увеличение скорости сближения сверх этого на 25-30% приведет к значительному снижению вероятности поражения целей, что делало систему тактической ПРО неэффективной против стратегических ракет даже в тех случаях, когда вероятность поражения такой системой тактических ракет в ходе летных испытаний была бы довольно высокой. В противовес этому авторы исследования отмечают, что, по их мнению, одна только скорость сближения цели и перехватчика не может установить жесткую разделительную линию между стратегическими и тактическими противоракетными системами. Образно говоря, это будет некоторая пограничная область, в пределах которой нет однозначного ответа на вопрос о вероятности поражения цели, однако она заведомо будет подвижной и не равной нулю.
В последнее время система ТВТО является одной из основных программ в создании тактической обороны в рамках Организации ПРО США и предназначена для ведения борьбы с различного вида тактическими баллистическими ракетами на сравнительно больших расстояниях и значительных высотах в верхних слоях атмосферы и за ее пределами. Это определяет ее более широкие возможности по перехвату баллистических целей по сравнению с противоракетными системами нижнего эшелона типа "Пэтриот". Сам перехватчик ТВТО представляет собой разгонный блок на твердом топливе с полной массой около 600 кг и предельной скоростью полета - 4 км/сек, время работы двигателя около 15 сек. Он несет на себе кинетическую ударную головку (УГ) массой примерно 40-45 кг, отделяющуюся от перехватчика после выгорания в нем топлива. На УГ установлен охлаждаемый инфракрасный датчик самонаведения, работающий в среднем ИК-диапазоне, а также корректирующие двигатели на жидком топливе. В процессе самонаведения используются также данные, получаемые от орбитальных и наземных систем наблюдения.
При развертывании ТВТО на территории США информация от этих датчиков будет непрерывно передаваться на систему BM/C-3 I (управление боем, командование, управление, связь и разведка). Особое значение придается космической системе разведки SBIRS-Low, которая в недалеком будущем позволит обеспечивать обнаружение и сопровождение цели и УГ даже без помощи наземных радаров. На основе сведений о положении и динамики движения перехватчика ТВТО и атакующей ракеты определяется предполагаемая точка перехвата, значение которой будет непрерывно уточняться в процессе их полета. Блок управления УГ производит коррекцию ее полета с помощью корректирующих двигателей. На конечном участке датчик самонаведения УГ захватывает цель и вырабатывает команды, обеспечивающие прямое попадание. При этом необходимо придерживаться весьма важного требования, состоящего в том, что способность УГ к маневрированию должна быть достаточной, чтобы нейтрализовать ошибки в определении предполагаемой точки перехвата и обеспечить попадание в цель. Количество топлива, "сухая" масса УГ и длительность ее полета входят в число наиболее важных параметров, определяющих способность головки к маневрированию. В случае если перехват все же завершился промахом, командная система передает информацию системе низшего эшелона.
При рассмотрении возможной эффективности системы ТВТО в конечном счете самым актуальным вопросом является определение роли, которую может сыграть тактическая ПРО для решения стратегических задач. Как уже ранее упоминалось, основным существенным различием между стратегическими и тактическими целями является их скорость полета, хотя могут отмечаться и некоторые другие отличия в характеристике этих целей, что также должно учитываться в процессе моделирования перехвата. Так, стратегическая цель на участке перехвата ТВТО представляет собой сравнительно небольшую по размерам боеголовку (БГ), в то время как тактическая цель может быть даже не отделенной от корпуса ракеты-носителя (например типа СКАД). Следовательно, тактическая цель может представлять собой более интенсивный источник инфракрасного излучения и иметь значительно большую эффективную площадь рассеяния радиолокационного излучения, что способно значительно облегчить условия перехвата. Однако в ходе операции "Буря в пустыне" было зафиксировано, что в большинстве случаев перехвата атакующих ракет СКАД головки самонаведения противоракет обеспечивали попадание не в саму боеголовку, а в корпус ракеты, обладающий более высоким уровнем ИК-излучения и эффективной площадью рассеяния радиосигналов. В результате боеголовка оставалась не пораженной и при падении взрывалась, правда значительно отклоняясь от намеченной цели, что довольно убедительно показали американские специалисты Льюис и Постол.
Авторы исследования, в частности, отмечают, что довольно миниатюрные боеголовки российских МБР по своим габаритам значительно меньше ядерных боеголовок третьих стран, и даже китайских, что усложняет борьбу с ними. Кроме того, подобные цели, даже одинаковых размеров, могут обладать значительно различающейся интенсивностью ИК-излучения вследствие их разной температуры, излучательной и поглощающей способности материалов поверхности. Проведенное моделирование процесса перехвата цели ударной боеголовкой охватывало диапазон скоростей атакующей цели в пределах от 5 до 7 км/сек при номинальной дальности захвата цели порядка 100 км. При этом вероятность перехвата цели оказывалась достаточно высокой и резко не падала с увеличением скорости цели при условии, что ошибки в определении положения и скорости цели, а также способность УГ к перенацеливанию находились в допустимых пределах. Это доказывало, что тактические оборонительные системы типа ТВТО обладают определенным стратегическим потенциалом и могут быть встроены в многоэшелонную систему ПРО территории страны.
ВОЗМОЖНЫЕ МЕРЫ ПРОТИВОДЕЙСТВИЯ
Рассматривая условия перехвата целей, многие эксперты не без оснований утверждают, что система ПРО, в том числе и оборона на баллистическом участке полета боеголовок, довольно уязвима. В докладе "Меры противодействия ПРО", подготовленном американским "Союзом обеспокоенных ученых" совместно с "Программой по изучению безопасности MTI" (Массачусетский технологический институт), рассмотрены некоторые меры противодействия, способные с позиции законов фундаментальной физики снизить эффективность ПРО наземного базирования. В частности, в докладе рассматриваются меры по снижению интенсивности инфракрасного излучения ударных боеголовок. В этом случае существенно уменьшается расстояние, когда цель становится видимой для детекторов, что в свою очередь уменьшает лимит времени, остающийся в распоряжении УГ для перенацеливания. В конечном счете "инфракрасная невидимка" может таким образом вывести УГ из строя. Обеспечение ИК-невидимости может быть достигнуто разными способами, в частности охлаждаемыми экранами и покрытиями с низкой излучательной способностью. При этом ученые указывают, что при температуре поверхности боеголовки около 260 градусов К (по Кельвину) обеспечивается ее захват по ИК-излучению на дальности более 50 км и поражение с высокой вероятностью, в том числе и при скорости цели около 7 км/сек.
Расчеты показывают, что вероятность поражения цели значительно снижается по мере падения температуры цели от 260 до 200 градусов К, поскольку дальность захвата резко уменьшается и не превышает 10 км, что создает явный недостаток времени на перенацеливание и совершение маневра УГ. При использовании в качестве охладителя жидкого азота температура поверхности боеголовки может быть снижена до 77 градусов К, что делает ее практически невидимой даже на близком расстоянии, поскольку рассматриваемая модель способна обеспечить перехват цели только в том случае, если дальность захвата - не менее 50 км.
Низкая температура цели (порядка 200 градусов К) может быть получена в результате размещения боеголовки МБР в тонкостенном баллоне, покрытом специальным составом, отражающим солнечное излучение. Уменьшение ИК-излучения достигается также снижением габаритов боеголовки. Для проведения расчетов авторы использовали боеголовку с площадью поверхности 1,8 кв. м (эквивалент конуса высотой 1,8 м и диаметром основания 0,54 м). Дальность захвата такой боеголовки в 120 км обеспечивает ее поражение с высокой степенью вероятности, "возможно, даже около 100 процентов".
При рассмотрении способности УГ компенсировать в ходе полета первоначальный промах установлено, что перехват может закончиться неудачей, если его величина лежит за пределами способности ударной головки к маневрированию. Поэтому весьма существенным требованием к ТТХ радара наземного базирования (в будущем системы SBIRS) является обеспечение промаха, не превышающего предельного значения. Естественно, что их характеристики могут быть ухудшены путем воздействия на них внешних факторов. Это, в частности, может иметь место при использовании против радаров радиопоглощающих покрытий на атакующих боеголовках, которые способны снизить отношение сигнал/шум на входе радара. Могут также быть использованы меры активного противодействия, например, глушение с автоматической настройкой частоты излучателя на волну радара. Авторы работы указывают, что при скорости цели как 5 км/сек, так и 7 км/сек вероятность поражения снижается по мере увеличения первоначального промаха, одновременно возрастает вероятность преждевременного расхода топлива у УГ. Вероятность поражения цели резко падает, начиная с первоначального промаха порядка 300 м, достигая нулевой отметки при его величине около 1000 м. Такой промах может иметь место в случае способности цели к совершению маневра на заключительном участке полета. Результаты перехвата будут примерно аналогичны для целей с разными скоростями. Однако при этом отмечается, что у цели со скоростью 5 км/сек вероятность поражения снижается несколько позднее. Это означает, что УГ более надежна при наличии одного и того же промаха при перехвате целей с меньшими скоростями.
Для снижения эффективности системы ПРО по перехвату баллистических целей могут быть использованы ложные цели, основные физические параметры которых будут идентичными атакующим боеголовкам по температуре, эффективной площади рассеяния, скорости полета. Это может привести к тому, что система ПРО будет не в состоянии обеспечить надежное различение действительных и ложных боеголовок и будет нацеливать УГ на ложные цели. Специалисты не без оснований полагают, что обнаружение действительных боеголовок в "облаке" ложных целей представляет собой весьма сложную научно-техническую проблему, решение которой они видят на основе использования многофакторных разведывательных систем. При этом выдвигается требование, состоящее в том, что на заключительном участке полета УГ должна обладать собственной способностью выделить атакующую боеголовку с помощью своего ИК-датчика. Один из путей дискриминации действительных и ложных целей состоит в различении флуктуации инфракрасных сигналов, испускаемых ими. Это, в свою очередь, определяет необходимость наблюдения этих сигналов в течение некоторого времени, по меньшей мере в течение нескольких секунд. При этом отмечается, что вероятность поражения цели со скоростью 7 км/cек падает примерно до нуля на 10 км дискриминационной дальности раньше, чем цели со скоростью 5 км/сек, а оба типа перехвата терпят неудачу при небольших дальностях дискриминации.
Чрезвычайно существенным по своим последствиям может быть противодействие перехвату боеголовок путем придания им способности совершать маневр на участке их баллистического полета в пределах досягаемости средствами ТВТО. Дело в том, что при полете цели по баллистической траектории ее положение в пространстве и времени довольно надежно пролонгируется, что позволяет наводить УГ в расчетную точку встречи, обеспечивая поражение. В случае совершения целью маневра серьезно затрудняется отработка системой наведения перехватчика адекватного маневрирования, что потребует значительного совершенствования конструкции УГ, а также повышения возможностей всей системы наведения и прицеливания.
В своих выводах по результатам проведенного исследования авторы работы утверждают, что оборонительная система типа ТВТО обладает определенной способностью перехватывать стратегические цели. На основании этого они указывают, "что усилия, затраченные на отброшенное ныне Соглашение о разграничении стратегической и тактической ПРО, которое было направлено на то, чтобы не дать системе тактической ПРО возможности приобрести стратегический потенциал путем ограничения только скорости цели, могли бы пропасть зря". Это означает, по мнению авторов, признание того факта, что высотная система тактической ПРО типа ТВТО может быть встроена в систему стратегической обороны в качестве одного из ее эшелонов, повышая тем самым уже сегодня ее эффективность. Следовательно, возможности обороны территории США будут определяться не только эшелонами стратегической ПРО, к развертыванию которой они приступили, но и системой высотной тактической обороны. Поэтому вряд ли оправданной является оценка потенциальных возможностей ПРО только на основании подсчета числа развертываемых перехватчиков дальнего действия, как это большей частью имеет место в настоящее время.
В качестве подтверждения положения о возможной эффективности тактической высотной ПРО для борьбы со стратегическими целями следует привести высказывание генерала Малкольма О.Нейла, сделанного им в 1994 г., в бытность тогда директором Управления ПРО. Выступая перед сенаторами, он продемонстрировал им зону действия системы ТНААД против боеголовок стратегических ракет, заявив при этом: "Как показывает анализ, в схватке один на один против головных частей, развернутых на некоторых стратегических ракетах, система ТНААД при наведении из космоса будет обладать способностью противодействия нетривиальной части российских стратегических сил". Вряд ли допустимо не учитывать подобные предупреждения.
Владимир Белоус